НЕЗАВЕРШЕННОЕ БОЛЕЕ ВЫРАЗИТЕЛЬНО, ЧЕМ ЦЕЛОЕ
Все начинается с тишины. С внутреннего давления, которое я прячу за внешним спокойствием. Абстракция становится языком этого состояния, потому в моих работах это проявляется в текучих, но рваных линиях, словно импульс, который не находит выхода. Силуэты остаются размытыми, наполовину скрытыми, как воспоминание или предчувствие.
Так я смотрю на мир еще с детства. Я росла в эпоху перемен, когда взрослым приходилось думать только о выживании, а мне быть наедине с тишиной пустого дома. Одиночество не было трагедией, оно стало средой, в которой я научилась разговаривать с собой через образы. Те детские разговоры с тишиной сегодня превратились в мой визуальный язык.
Я работаю как свидетель, ловлю момент между тем, кем мы кажемся, и тем, кто мы есть наедине с собой. Намеренно оставляю фигуру незавершенной, уязвимой, чтобы в этой недосказанности каждый нашел себя, свой опыт. Мое творчество — это приглашение в пространство, где быть собой — даже растерянным или молчаливым — не страшно.